Новости Иркутска

Глобализация современного мира ставит под угрозу сохранение языка и культуры малочисленных народов. В России проживает всего около 450 тысяч бурят — коренных жителей Сибири. Печальная статистика гласит, что большая их часть не знает родной язык, традиции и историю. 22—23 мая в Иркутске состоялся международный форум бурят-монгольской письменности и устного народного творчества «Магтаал». Его целью стало привлечение внимания общественности к сохранению культурного наследия бурятского народа. 

Лекарство от 80 болезней 

Форум прошел в библиотеке имени И.И.Молчанова-Сибирского при поддержке городской администрации и генерального консульства Монголии в Иркутске. В основной программе были представлены выставка бурят-монгольской каллиграфии, мастер-классы, а также конференция по теме сохранения письменной и устной речи бурят. В форуме приняли участие гости из Монголии: они привезли работы ведущих каллиграфов своей страны. На выставке также экспонировались картины мастеров из Бурятии и Иркутска.

Каллиграфия — редкое искусство красивого письма, оно почитается у многих народов мира. Используется при создании эмблем, логотипов, в дизайне. Например, иркутский модельер Соела Со представила на открытии форума линию женских платьев с каллиграфическими принтами.

Монгольская письменность не только несет художественную функцию, но и возрождает древние традиции, погружает в культуру народа.

— Бурятский язык является диалектом монгольского, — рассказывает представитель центра каллиграфии «Тэнгэриин бэшэг» Маргарита Дамбаева. — И одним из способов его сохранения стало обучение монгольскому письму. Через каллиграфию лучше изучать и развивать язык, она воспитывает эстетический вкус, возрождает интерес к истории.

Монгольская письменность не иероглифическая, а буквенная. Ее, равно как китайскую и японскую, можно наносить кистью, а европейскую — чаще всего пером. В отличие от других стран, где популярна каллиграфия, монгольское письмо пишется сверху вниз. В этом видится некий сакральный смысл, благословение небес.

— Каллиграфия — это своего рода медитация, — говорит Маргарита Дамбаева. — Нейрофизиологи отмечают, что у человека при регулярных занятиях этим искусством перестраиваются нейронные связи, образуются новые нейроны. Говорят, что каллиграфия излечивает от 80 болезней.

О благотворном влиянии красивой письменности рассказала Оксана Жербанова — руководитель иркутской студии каллиграфии «Хараасгай» (в переводе с бурятского — «ласточка»).

— В феврале 2018 года я попала на мастер-класс Маргариты, — вспоминает Оксана. — У меня было чувство, что это забытое искусство, которым я ранее владела. В тот же день приобрела бумагу, кисти и начала заниматься самостоятельно. А после того как съездила на выставку каллиграфии в Монголию, загорелась идеей показать монгольское письмо на родине — в Иркутске. Наша студия работает уже полгода. За это время я чувствую, что очень сильно изменилась, выросла в духовном плане, стала спокойнее. По образованию я врач, сейчас работаю в другой сфере. После того как я занялась монгольской письменностью, рабочие вопросы начали решаться легче, появилась смелость. Также я стала проще засыпать, просыпаться с радостью.

Сейчас в «Хараасгай» преподает учитель из Монголии, так что у иркутян, заинтересовавшихся бурят-монгольской письменностью, есть возможность получать знания от носителя языка. «А можно ли, не зная языка, заниматься каллиграфией?» — на этот вопрос отвечает народный поэт Бурятии, доктор филологических наук, заслуженный деятель культуры Российской Федерации, член Союза писателей СССР Баир Дугаров. Он тоже занимается каллиграфией и привез в Иркутск свои работы.

— Все-таки я не совсем уверен, что человек, не знающий бурятский язык, может заниматься монгольской письменностью, — говорит Баир Сономович. — Язык и каллиграфия — взаимосвязанные явления. Буряты — монгольского происхождения, и у нас в крови, в генах есть ощущение этого языка. Когда я изучал монгольскую письменность, казалось, что я не учусь, а просто вспоминаю ее. Так срабатывает генная память.

Язык — душа народа 

Письменный язык монголов был создан при правлении Чингисхана. В устной речи разных монгольских племен было много диалектов, из-за которых они сами друг друга могли не понимать. А письмена объединяли, уравнивали всех. В Монголии, по понятным причинам, родная речь и культура сохранились. Буряты же, живущие в России, постепенно теряют знание своего языка.

— Идеология единого народа в СССР губительно сказалась на языкознании малых наций, — отмечает Баир Дугаров. — Калмыки, тувинцы, якуты сохранили родную речь лучше, чем буряты. Наш язык оказался утраченным. Это незавидная участь.

— А зачем современному молодому человеку знать родной язык?

— Я много лет изучала этнопсихологию, в частности этносы Сибири, — отвечает Маргарита Дамбаева. — И могу отметить, что знание своего языка дарит людям спокойствие и уверенность. Мало кто смеет признаться, но непонимание родной речи — это боль. И каждый раз, откладывая изучение языка, человек продолжает жить в этой боли. И он либо начинает решать проблему, либо смиряется. Наверное, титульной нации этого не понять, ведь их много. Но если русскому человеку представить, что его внуки будут разговаривать на английском или немецком и совсем не будут понимать русский, то эта проблема становится близка.

— Можно сказать, что все это закладывается в семье? И людям, не знающим родной язык, просто в детстве не привили эту культуру?

— Говорить об этом можно бесконечно, — замечает Маргарита Дамбаева. — Однако, повзрослев, мы все имеем право выбора. Вы можете жаловаться на страну, государство, на родителей… Но взрослый человек сам принимает решение. Зачем всю жизнь оправдываться тем, что в детстве не научили? Ведь можно просто начать изучать родной язык.

— В соцсетях я увидел такой пример, — рассказывает Баир Дугаров. — Девушка-бурятка, живущая за границей, призналась, что раньше не знала свой язык. Потом начала интересоваться монгольским языком, а так как он близок к бурятскому, стала изучать родную речь. Казалось бы, зачем, живя так далеко, знать бурятский? Ответ прост — для чувства собственного достоинства. Все-таки это знак уважения к своему народу, культуре, самому себе. Но этот процесс не должен быть искусственным — все зависит от желания самого человека.

Фото Валентина Карпова