Новости Иркутска

Некоторые люди в силу своей профессии представляются нам абсолютно неземными: мы никогда не задумываемся, где они живут, моют ли посуду по вечерам и какие сказки читают детям на ночь. Астроном Сергей Язев — человек именно такой породы. Его познания о космосе так велики, что невольно складывается ощущение, будто он обитает где-то среди звезд…

В каком-то смысле это оказалось правдой. Почему Сергей Арктурович ходит на работу в соседнюю комнату, какие сувениры он привозит из экзотических стран и о чем пишет книги его 14-летняя дочь — читайте в нашей новой рубрике «Интервью в домашних тапочках».

Дом династии Язевых 

Когда Сергей Арктурович пригласил нас в гости и сообщил свой адрес, у меня мелькнула мысль: «Разыгрывает, что ли?». Этот дом мы отлично знали и часто в нем бывали, поскольку там расположена астрономическая обсерватория ИГУ. Ощущение розыгрыша усилилось, когда Язев встретил и повел нас в свой рабочий кабинет… Но вот перед нами очутились две пары домашних тапочек, Сергей Арктурович распахнул неприметную дверь и гостеприимно произнес: «А теперь добро пожаловать ко мне домой!». Так мы узнали, что в этом здании живут не только звезды, но и звездочеты.

— На работу я хожу в соседнюю комнату, просто меняя тапочки на ботинки. Однажды, правда, в запарке заявился в обсерваторию в тапочках… Моя коллега одарила меня таким красноречивым взглядом, что больше я так не делал, — смеется директор обсерватории. — По будням за стеной работают люди, в выходные мы остаемся в здании одни. Мне-то удобно: по сути, прямо в соседней комнате у меня свой рабочий кабинет.

Этому небольшому кирпичному дому уже больше ста лет. Когда в конце 1920-х его передали астрономической обсерватории ИГУ, то сразу заложили и рабочие, и жилые помещения для сотрудников университета. В служебной квартире на первом этаже успели пожить три директора обсерватории: Иван Наумович Язев — дед нашего собеседника, его мама Кира Мансурова, да и сам Сергей Арктурович родился и вырос именно здесь.

— Помню времена, когда в доме еще было печное отопление. Горячей воды не было и, чтобы помыться, надо было нести дрова и растапливать титан. Потом появилось центральное отопление, в соседнем дворе находилась кочегарка, зимой весь снег в округе был черным, — вспоминает астроном.

Позже сотрудники университета получили ордера, а вместе с ними право продавать и обменивать эти квартиры, многие съехали, в их комнатах поселились посторонние люди. Сергей Арктурович перебрался в центр Иркутска, прожил там лет 15, но в итоге желание вернуться в родные пенаты взяло верх. Он продал квартиру в центре, купил помещения на втором этаже по соседству с обсерваторией и в начале 2000-х переехал сюда с супругой Ириной Григорьевной.

— Для Иры этот переезд был настоящим подвигом, потому что в тот момент комнаты выглядели кошмарно. До этого в одной из них жил отставной летчик, от него нам «досталось» большое прожженное пятно на полу, вторая выглядела ничуть не лучше, — признается глава семейства.

И хотя обстановка в квартире была, мягко говоря, непривлекательная, именно в этих стенах Сергей Арктурович и Ирина Григорьевна сыграли свадьбу. Притащили доски, соорудили из них подобие столов, приготовили угощения, пригласили гостей… Язевы до сих пор смеются над той «роскошной» праздничной обстановкой, перебирая свадебные снимки. О скудном убранстве сегодня уже ничего не напоминает, квартира выглядит уютным гнездышком.

Кстати, в этом же здании на первом этаже живет сестра Сергея Арктуровича. Так что Язевы буквально «захватили» весь дом — они тут единственные жильцы. Второй подъезд занимает детский сад.

— Туда раньше ходила наша дочь Маша. Честно говоря, мы дольше одевались и раздевались, чем шли до садика из одного подъезда до другого, — смеется Сергей Арктурович. — Зато во время прогулок можно было в окошко наблюдать, как там наш ребенок.

Физики и лирики

До этого дня про супругу Сергея Арктуровича мы не знали ровным счетом ничего. Мы воображали ее домохозяйкой, художницей, писательницей… Каково же было наше удивление, когда выяснилось, что Ирина Григорьевна —физик и астроном, сотрудник ВНИИФТРИ (научно-исследовательского института, более известного как институт времени).

— На вопрос, чем занимается Ирина, я всегда отвечаю: сбивает американские спутники, — шутит Сергей Арктурович.

— Ну, сейчас наговоришь! На самом деле мы работаем на лазерном дальномере, — уточняет Ирина Григорьевна. — Эта установка «дотягивается» до спутников лазерным лучом на расстояние до 20 тысяч км. Луч попадает в спутник, отражается и таким образом позволяет определить точное расстояние до него. Такие измерения ведутся из разных точек планеты и затем используются для уточнения координат, параметров вращения Земли, работы системы ГЛОНАСС.

Сергей и Ирина познакомились еще в студенческую пору, в 80-м году, на физическом факультете родного госуниверситета.

— Я тогда училась на первом курсе, Сережа — на пятом. У нас проходил конкурс агитбригад, все собрались в корпусе на левом берегу, и вот слышу — по толпе пробежал шепот: «О, Язев приехал, Язев приехал!». Тогда-то я и увидела его первый раз, — вспоминает Ирина Григорьевна. — Потом мы познакомились в стройотряде под Тайшетом.

После этого каждый из них обзавелся семьей, судьба развела их на долгие годы и вновь соединила только в 1997 году. В 2001-м они официально поженились, а через четыре года в День всех влюбленных у них родилась дочь Маша.

— Знакомые предлагали назвать ее соответствующе — Валентиной. Но мы сразу знали: будет либо Маша, либо Ваня, — отмечают Язевы.

С самого рождения дочери Ирина Григорьевна вела дневник, куда записывала все ее достижения (первый зуб, первый шаг) и разные перлы. Например, после просмотра «Царевны-лягушки»,  4-летняя Маша цитировала: «Ты сюда посмотри, Иван-царевич, я твоя невеста, возьми меня замуж».

— Я и про старшего сына Степку такой дневник вела, у меня остался целый словарь его собственных слов. Но если Степа начинал говорить, как все дети: «Бу-бу-бу, аф-аф-аф», то Маша все время пела, а потом стала разговаривать целыми словами, практически не коверкая их, — отмечает Ирина.

К 12-летию дочери Язевы собрали все ее забавные высказывания, проиллюстрировали детскими фотографиями и выпустили альбом воспоминаний.

— Маша у нас получилась девочка гуманитарная. Она самостоятельно читает с пяти лет. Вот сейчас за карантин успела прочесть четыре книги, в том числе «Гэсэр», который я в свое время осилить так и не смог, — признается Сергей Арктурович. — С детства Маша писала длинные сочинения, причем без ошибок, а затем стала сама придумывать фэнтези про магические миры и приключения своих сверстников.

— Кстати, последнее произведение папа все никак не может прочесть, — подкалывает Ирина Григорьевна.

— Так ведь там сто страниц печатного текста, это уже не маленькие рукописные рассказы, — оправдывается Сергей Арктурович.

По словам Маши, новое произведение повествует о Кудесниковом селе, образ которого был навеян ей Царскосельским лицеем. Между прочим, литературный дар — это у Язевых семейное. Марианна, сестра Сергея Арктуровича, является одним из редакторов детского журнала «Сибирячок» и автором многих фантастических рассказов, призером нескольких литературных конкурсов.

Коллекция масок и мистических снимков 

Главный кладезь семейных легенд и интересных фактов — это, конечно, фотоальбомы. Полистав увесистое собрание снимков Сергея Арктуровича, мы узнали, что он объехал весь свет: видел пирамиду Хеопса, работал в горах Эльбруса, наблюдал полное солнечное затмение на острове Пасхи, бывал с астрономической экспедицией в Румынии, читал лекции в Новой Зеландии, отдыхал в Китае, пересек на автомобиле Монголию, участвовал в экспедициях на архипелаге Шпицберген, в Кении, Индонезии, Республике Кирибати. И как-то так сложилось, что из экзотических стран Язев стал привозить древние маски, которые со временем сложились в небольшую коллекцию и украсили стены дома.

— Самую первую маску я привез из Новой Зеландии еще в 90-е годы, — показывает ученый. — На остров Пасхи мы добирались через Чили и Перу, в этих странах я приобрел еще две. Маску в Перу изготовили прямо на наших глазах по древним технологиям. Орнаменты на ней — это изображение бога, покровительствующего Вселенной и космосу.

Почти 20 лет Язев вел наблюдения на хромосферном солнечном телескопе в Листвянке. Порой, когда Солнце было неактивно, ученые от нечего делать подстраивали и снимали разные шокирующие кадры. Именно в ту пору были сделаны знаменитые снимки летающей тарелки над Байкалом и следов снежного человека.

— НЛО мы снимали следующим образом: я забрался на балкон башни телескопа, подвесил на леску крышку от фотобачка и сфотографировал ее на фоне неба над Байкалом, — открывает секреты Язев. — Прозрачная леска на снимке не видна, а крышка отчетливо напоминала очертания летающей тарелки.

Эта фотография была напечатана 1 апреля в газете «Советская молодежь». Тогда же Язев вместе с товарищем придумал еще одну первоапрельскую шутку — на этот раз отправил в редакцию снимок огромных следов снежного человека.

— Я соорудил маленькую пачку сигарет: сфотографировал обычную, напечатал в уменьшенном виде и наклеил фото на спичечный коробок. Рядом с ней обычная мужская стопа смотрелась внушительно. Оставалось только оставить следы на снегу, и эта миссия выпала мне, — смеется Сергей Арктурович. — Помню, как бегал босиком по свежему снегу, а товарищ стоял рядом и загибался от хохота.

Есть в фотоальбоме Сергея Язева и настоящие редкие космические кадры. На видном месте в рамочке стоит фотография кометы Хейла — Боппа. Эта самая яркая комета XX века в 1997 году проходила близко от Земли и на несколько месяцев «зависла» над нашим краем. Астроном сфотографировал ее через маленький телескоп, так сказать, на память. Теперь эта комета вернется нескоро — повторить такой снимок можно будет примерно через 2,5 тысячи лет.

Звездный ветер

— А это Борис Натанович Стругацкий, я брал у него интервью в 94-м году, — мимоходом замечает Сергей Арктурович, продолжая листать фотоальбом.

— Стругацкий?! — впиваюсь я глазами в снимок.

— Да, он самый. Я познакомился с ним через астрофизика Вадима Николаевича Карпинского, одногруппника моей мамы. Он работал в Пулковской обсерватории, и там же одно время работал Борис Натанович, — объясняет Язев. — Однажды мне выпал шанс взять интервью у писателя, но условие было одно: вопросы должны быть ему интересными. Я составил вопросы о творчестве, об отношении к перестройке, мировоззрении, отправил ему. Стругацкий посмотрел и согласился.

Беседа состоялась в квартире писателя. Язев вооружился кассетным магнитофоном и фотоаппаратом. Разговор вышел длинным, на два с половиной часа. После этого Сергей Арктурович долго расшифровывал и писал интервью, а затем опубликовал его в трех номерах «Восточно-Сибирской правды».

— Я был страшно горд, думал: все, цель жизни достигнута! — улыбается Язев.

Вдоволь нагостившись и уже собираясь уходить, мы заметили на стене одну интересную вещь — черно-белую картину, изображающую древнего звездочета. Эту работу специально к 50-летию Сергея Язева создал художник Андрей Бурлак с помощью уникальной техники: изображение складывается из точек, нанесенных тончайшим пером.

Но любопытна не столько манера исполнения, сколько скрытые символы: у ног астронома сидит хитрый кот, приоткрывающий ткань неба, на изнанке которой еле заметна надпись «Сергей Арктурович Язев». А внизу тянется многозначительная фраза «Когда дует звездный ветер…»

Фото Валентина Карпова