Новости Иркутска

 «Иркутская лайка» — так называется кинологический клуб, который создан в нашем городе в этом году. В него вошли иркутские владельцы восточносибирской лайки — самой крупной охотничьей собаки в Сибири. Энтузиасты собираются восстановить популяцию этих животных. В советское время Иркутск был мировым центром разведения этой ценной породы. Получится ли у иркутских кинологов вернуть утраченные позиции? 

Зачем нужны треки? 

В настоящий момент в клуб входит 39 собак. Члены сообщества гордятся, что теперь у них лайки от лучших местных специалистов: Владимира Борхолеева, Нугзара Мигрянца, Александра Паленги, Сергея Бирюлина и других. Иркутские собаководы провели торжественную выставку своих воспитанников на выезде. В соседний Шелехов отправились 26 собак. Приглашенные специалисты выявили лучших представителей породы. Первым стал пес Гуран, его хозяин — Эдуард Матвиенко.

Мы разговариваем с кинологом Ларисой Терентьевой. Она специализируется на подготовке молодых собак к суровой охотничьей жизни.

— Важно сохранить племенной фонд, — подчеркивает Лариса Терентьева. — За настоящими рабочими собаками идет охота. Мы всегда стремимся к тому, чтобы лучшие представители породы не уходили к случайным людям. Двух-трех щенков мы оставляем себе или выгодно меняем для улучшения племенного фонда. Недавно вот отправили в Санкт-Петербург целый выводок — пятеро щенят. А взамен получили трех классных малышей совсем других кровей.

Больше всего ценится рабочая лайка. Ее хозяин, охотник, постоянно тренирует своего питомца. Надо сказать, что современные технологии вошли и в эту сферу. Перед покупкой охотничьего пса теперь требуют треки — это зафиксированный маршрут поведения собаки во время охоты. На каждого четвероногого надевают электронный ошейник. Так что охотник на своем устройстве всегда видит, куда убежал питомец и как он себя ведет: где сидит, а где лает.

Кинологи из разных городов любят похвастаться друг перед другом этими треками, со знанием дела обсудить поведение чужих собак.

Сейчас, в середине осени, — самый разгар охотничьего сезона. Лаек используют в охоте на самую разную дичь: от белки до кабана. Правда, много проблем доставил звероловам новый закон, который запретил протравочные станции в России. Раньше кинологи могли содержать в неволе дикого зверя, чтобы на нем обучать своих питомцев.

Такие станции были запрещены в нашей стране из-за нескольких случаев жестокого обращения с лесными животными. Правда, иркутские охотники утверждают, что и в страшном сне себе не могут представить, чтобы они калечили своих, пусть и диких питомцев. Так называемая притравка необходима, чтобы лайка была знакома с запахом медведя или кабана и при необходимости могла выследить зверя. Отправляться с необученной собакой даже на небольшое животное опасно и для собаки, и для ее хозяина. В связи с новым законом промысловики не знают, как теперь будут готовить охотничьих псов.

Дети Джульбарса и Бульки 

Немного истории. Иркутский питомник лаек начинал свою работу в селе Моты еще в 1973 году. Через десять лет, после наводнения, база переехала в Слюдянский район в деревню Быструю — поближе к кормовой базе. Здесь находилось зверохозяйство по разведению голубых песцов. Содержать собак и песцов рядом оказалось удобно: и сырое мясо, и рыбу, и витамины животным давали одинаковые.

Родоначальники восточносибирской лайки — собаки с кличками Джульбарс и Булька. Они были мощные, высокие и умные. Эта порода «собиралась» из нескольких пород сибирских собак с эвенкийскими, ламутскими и амурскими корнями. У нашей лайки мощный костяк — она выносливая, приспособленная к сложному рельефу местности.

Всего в России были выведены четыре породы лайки: карело-финская, русско-европейская, западносибирская и восточносибирская. Во все времена нашу собаку особенно ценили соседние регионы с востока: Амурская область, Якутия и Камчатка.

Государственный питомник в Быстрой был уничтожен в 1992 году. Тогда рушилась вся страна. Кормить собак стало нечем. Раньше в год здесь продавали по 350 чистокровных щенков (стоили они от 250 до 500 рублей), постоянно наращивали производство. Но после развала СССР людям стало не до собак. Землю, где располагался питомник, продали частному лицу. Новый владелец попытался выращивать там гусей (их в голодные 90-е было продать легче), но не получилось.

А лучшие собаки были проданы по 300 рублей — как щенки, так и племенные лайки-производители. Тридцать собак никто не хотел забрать — их просто расстреляли.

Идеальные новички 

Важное качество, по которому оценивают собаку, — ее охотничья специализация. Сегодня больше других востребованы универсальные лайки. Они могут выслеживать и крупного зверя, и пушного, а также охранять дом хозяина.

Раньше лайки четко разделялись на тех, кто добывает пушнину, и тех, кто используется в охоте на любого зверя. В 90-е годы пушнина сильно упала в цене и пушных лаек никто не покупал. Ценились зверовые: людям было нужно мясо. Сегодня наоборот — с Магадана в Иркутск приезжают охотники специально за пушными лайками. Говорят, у них вдоль любого таежного ручья за раз можно выследить по пять соболей, да вот поймать-то их некому.

И, конечно, для собаки важна генетика. Четвероногие передают своим щенкам охотничьи навыки на генном уровне. А их должно быть немало. Например, при охоте на медведя лайка должна кружить вокруг хищника, постоянно пытаться укусить его сзади и постараться «посадить» косолапого до прихода хозяина. А вот при добыче лося обычно используются две собаки — они блокируют сохатого спереди и сзади.

Охотники готовят лаек к каждой специализации. Пушные лайки также должны быть специально подготовлены. Их учат выслеживать маленького зверя, а не отвлекаться на следы более крупного животного. Любая другая собака, конечно, пойдет по большому следу, чтобы пожировать и съесть добычу.

— Собака часто становится учителем своего хозяина: она всегда подскажет, как себя вести в непосредственной близости от дикого зверя, — продолжает Лариса Терентьева. — Особенно хорошо учат «девочки», они более внимательные и требовательные. Среди «мальчиков» много лентяев. Идеальный вариант, когда в охоте два новичка: и собака, и человек. Они будут учить друг друга, и обоим будет очень интересно.

На смотрины из Кореи и Японии 

Восточносибирская лайка ценна своей неприхотливостью и выносливостью. Она может жить несколько дней без пищи, легко передвигается по снегу, у нее длинная шерсть самых разнообразных оттенков. «Восточка» ценится в Южной Корее, Японии и Финляндии — на смотрины в Иркутск часто приезжают охотники из этих стран. Вот только вывести собаку за границу не так просто: нужно подготовить много официальных документов и пройти все прививки.

К сожалению, ушли в прошлое и выставки лаек, на которые собирались собаководы со всей Восточной Сибири. Там владельцы псов знакомились, вырабатывали критерии породы, «дружили семьями». Иркутские кинологи мечтают возродить те времена, когда владельцы собак со всех регионов были всегда на связи друг с другом, тем более что теперь это сделать проще: даже в далекой тайге охотник может выкладывать фото своих питомцев в мессенджеры и соцсети.

Удивительно, но с выставок часто крали собак: раньше почему-то считалось, что ворованная лайка будет лучше охотиться. Много проблем развитию породы доставляют и «выродки» — собаки, которые внешне сохранили признаки лайки, но охотничьи качества потеряли. Любой такой пес, отправляясь на ПМЖ в другие края, бросает тень на весь род. Чтобы нести гордое имя иркутской лайки, нужно идеально соответствовать экстерьеру породы. Чаще всего псов выбраковывают за неправильный прикус и удлиненную шерсть. Племенным такой четвероногий экземпляр уже не станет.

— Охотничья собака должна охотиться, — отмечает Лариса Терентьева. — А каким еще образом держать ее в тонусе? К сожалению, век лаек недолог — живут они максимум до 16 лет. Но до такого возраста мало кто дотягивает: работа у них опасная. Поэтому я, например, свою Ангу-Гретту к десяти годам уже отправила «на пенсию». Гретта у меня собака боевая, неоднократно ходила на медведя. Пусть теперь отдохнет. Она это заслужила!..

Фото Валентина Карпова