Новости Иркутска

В иркутском театре кукол «Аистенок» идет работа над постановкой по пьесе Александра Вампилова «Утиная охота». Ставит спектакль питерский режиссер — уроженец Иркутской области Борис Константинов. До премьеры, которая состоится 7 сентября, организаторы проекта предпочитают не афишировать детали постановочного процесса. Зато нашему корреспонденту удалось узнать, как на свет появляются главные персонажи спектакля — куклы.

Случай правит миром

Вряд ли вам приходилось встретить на своем жизненном пути человека, который сказал бы: «В детстве я мечтал делать кукол для театра!». Хотя все возможно, например, один мой знакомый — пятилетний мальчик — мечтает стать продавцом штор. Но герой нашей публикации Виктор Антонов уверяет, что, будучи маленьким, вовсе не помышлял о том, чтобы мастерить кукол.

— В детстве у меня была история, связанная с куклами. В пятом классе я сделал куклу-бухгалтера, которая «под моим чутким руководством» вручала девочкам подарки на 8 Марта. Это было весело и оригинально, всем понравилось. И год спустя одноклассники с нетерпением ждали очередного представления, — рассказывает он. — Ну и еще мне всегда нравилось что-то мастерить, собирать из деталей какой-нибудь простой механизм, наделяя его необычными качествами.

У Виктора все братья — военнослужащие. В Тамбове, где он родился и вырос, есть три военных училища, и большинство мальчишек, окончив школу, выбирают профессию, связанную с армейской службой. Но мой собеседник вопреки сложившейся традиции выбрал, пожалуй, одну из самых необычных на свете специальностей — он стал художником-постановщиком театра кукол. Проще говоря, стал делать персонажей и декорации для театральных постановок.

По мнению Виктора, определяющую роль в его выборе сыграл случай.

— Я окончил школу и пошел служить в армию. Но в душе я понимал, что ходить строем — не для меня, — вспоминает он.

Работать в Тамбовский кукольный театр Антонов пришел по воле случая. Мама нашего героя услышала по радио, что местному театру кукол требуется бутафор-декоратор и конструктор марионеток. На тот момент за плечами у Виктора была только художественная школа, и он предположил, что без диплома никто его не примет. Но мама сама позвонила в театр. На другом конце провода сказали: «Пусть приходит, посмотрим».

— Я пришел, и меня взяли. Вошел в мастерскую, увидел ряды кукол, вдохнул этот воздух и понял, что вот это как раз мое!

Потом была учеба в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии имени Черкасова. Виктор окончил его в 1991 году, когда в стране наступала эпоха передела собственности. Театры стали интересны сильным мира сего лишь как объекты недвижимости.

— Когда стало совсем плохо, — вспоминает мастер, — я сделал свою программу и стал работать с ней на улицах за границей — в Германии, во Франции. Эта постановка, созданная для кукол-марионеток, до сих пор жива. Я показывал ее в Иркутске на международном передвижном фестивале театров кукол «Ковчег» в 2013 году. В ней нет слов, только музыка и цирковые номера.

Любимая кукла

У каждого ребенка в детстве были любимые игрушки. У меня был большой плюшевый медведь, с которым можно было поделиться проблемами, и самодельная кукла-марионетка, совершавшая акробатические трюки на маленьком деревянном турнике. Эту куклу мне смастерил дядя с помощью нехитрого слесарного инструмента. Гуттаперчевый мальчик, как и медведь, казался мне живым. У человека, который сам создает кукол, наверняка тоже есть среди них любимчики.

— Все они для меня любимые, — утверждает художник. — Как я могу выделить кого-то, другие же обидятся.

Но по интонации, по выражению глаз понятно, что таковые все-таки есть. Однако признаться в этом для него, все равно что раскаяться в особой привязанности к кому-то из своих детей.

В ответ на вопрос, чувствует ли он себя немного Богом, когда создает кукол, Виктор рассмеялся:

— Когда ты делаешь куклу, то внутренне, конечно, общаешься с ней. Что-то не получается — ругаешь, что-то удается — хвалишь. Но кукла живет, только пока она в человеческих руках. Положил, повесил — и все, она умерла. И хотя я в какой-то мере занимаюсь оживлением неживого, ни о каком божественном промысле речи нет. Любые параллели здесь выглядели бы по меньшей мере странно.

При этом Виктор — не сторонник привносить в свою работу новые технологии. Он считает, что электронные куклы — это «неживое», и следует традициям старых мастеров.

В России и в мире, по словам Виктора, кукольников достаточно. Есть профессиональные школы, мощное фестивальное движение. И кукольные театры, которые уходят корнями в глубокое средневековье, несмотря на наличие развитых игровых компьютерных технологий, продолжают быть востребованными. Почему?

— Куклы ручной работы очень индивидуальны. Наверное, наступит время, когда создадут точную электронную копию человека, но кому это будет интересно? Можно будет удивляться технологическим достижениям, их совершенству и не более того. Но когда есть что-то немножко неправильное, одновременно и похожее, и непохожее, в этом-то и изюминка! Есть в этом что-то неподвластное разуму, — считает Виктор.

Ломать стереотипы

Виктор Антонов вместе с режиссером Борисом Константиновым ставит не первый спектакль. В Вологде они инсценировали «Кармен», в Санкт-Петербурге — «Балду», в Петрозаводске — «Железо», в центральном театре кукол имени Образцова — «Фигаро» и «Турандот», не раз работали над спектаклями по приглашению зарубежных театров.

Большинство этих постановок рассчитаны на взрослого зрителя. «Утиная охота» — не исключение. Насколько материал этой вампиловской пьесы соответствует стилистике кукольного театра? Сложно было обойти в разговоре эту тему.

— Постановка Вампилова в кукольном театре — это, конечно, в некотором смысле провокация. Не скажу, что я сразу и безоговорочно увидел этот драматургический материал воплощенным с использованием персонажей-кукол. Но в этом и состоит профессиональный интерес. А что касается стереотипов, то они ломаются, — размышляет Виктор Петрович.

По словам художника-постановщика, вампиловский Зилов будет воплощен на сцене актером-человеком. Оттого что в спектакле столкнутся разные масштабы — люди и куклы, содержание приобретает новое звучание. С помощью куклы, по мнению Антонова, можно более наглядно передать внутреннее состояние героя, его мысли и эмоции.

В «Утиной охоте» будут элементы, картинки, образы, ситуации, которых нет в пьесе, но они существуют в подтексте, в самой ткани произведения, и их, по мнению постановщиков, успешно можно воплотить в жизнь с помощью кукол.

В любом случае этот смелый творческий эксперимент обещает быть интересным и достойным зрительского внимания. Премьера спектакля состоится 7 сентября.

Фото Валерия Панфилова