Новости Иркутска

 

Сегодня здесь располагаются мэрия и городская дума. Довольно странный по архитектуре особняк имеет богатое и необычное прошлое. Он несколько раз перестраивался, горел, присоединялся к другому зданию. Дому надстраивали второй, а потом третий и четвертый этажи, переделывали фасад. Сегодня, глядя на это здание, уже невозможно разглядеть элементы построек конца XVIII — начала XIX веков. Но во время ремонта в 1998 году удалось обнаружить детали подвала и первого этажа. Они рассказывают о возрасте дома и обнаруживают напластования разных этапов строительства и перестроек. 

Дом в Воскресенском приходе 

Городская дума и управа впервые въехали сюда в 1876 году. Однако его история начинается практически за 80 лет до этого. Исследования показали, что изначально дом принадлежал купцу Петру Солдатову.

— Самая старая архивная запись о наличии недвижимой собственности Петра Солдатова, которую нам удалось найти, датируется 1790 годом, — рассказывает старший научный сотрудник музея истории города Иркутска, историк Алексей Гаращенко. — В это время Петр Яковлевич имел четыре дома: три в Спасском приходе и один в Воскресенском. Спасский приход относился к ныне существующей Спасской церкви, а Воскресенский — к утраченному храму, находившемуся на месте здания ОАО «Востсибуголь».

Из всех домов купца только один был каменным и именно его исследователи ошибочно принимали за будущее здание городской думы. Однако архивные документы говорят о том, что к 1796 году помимо каменного строения в Спасском приходе Солдатов имел дом в Воскресенском приходе и еще один «строящийся каменный дом». Весьма вероятно, что дату — 1796 год — можно принять за начало строительства упомянутого здания в Воскресенском приходе.

— В 1797 году по правой стороне Заморской улицы значились следующие дома: каменный Василия Ситникова, каменный Петра Солдатова, каменный Михаила Резанцева (на углу современных улиц Российской и Ленина), следующий через дорогу, на противоположном углу, каменный Петра Солдатова (на месте правого крыла современного здания городской администрации), — поясняет историк.

Надо отметить, что эти годы для Солдатова были временем процветания. Ему принадлежали несколько участков, на которых находились каменные и деревянные дома с флигелями.

В 1806 году купец обратился в думу с просьбой оценить его каменные дома, находившиеся в залогах «по разным казенным местам». Два из них состояли в залоге по винному откупу (форма налогообложения в «питейной» торговле), которым занимался хозяин, а третий, приобретенный у мещанина Кондратова, — в приказе общественного призрения (городское учреждение, ведавшее школами, больницами, богадельнями, сиротскими домами). Дело в том, что купец в эти годы скупил ряд соседних участков.

Из описи следовало, что здание на углу нынешних Российской (Дегтеревской) и Заморской было одноэтажным, имело длину (по Заморской) 19 саженей, ширину 5 саженей. Под ним — два подвала, один из которых не достроен. Второй дом, тоже одноэтажный, был длиной 43/4, шириной 7 саженей (10,2—15 метров).

Наполовину двухэтажный 

После 1808 года опять производится строительство дома. Над нижним этажом, начиная с его левой стороны (бывший дом Кондратова), был «выстроен длиною в 14 саженей второй этаж, вышиной 23/4 сажени, который составляет спереди один этаж с фронтоном, а сзади — этаж и антресоли».

— Получился большой 1—2-этажный дом, имевший общую длину 61 метр, двухэтажная часть — 14 саженей, это больше 25 метров, а одноэтажная — 14,3 сажени. Под ним находились три подвала, — продолжает историк. — Длина дома сегодня составляет 63 метра и очень близка к размерам двухвековой давности.

Итак, к 1811 году на площади против мещанских рядов и хлебного базара стоял дом купца Солдатова, длинный, наполовину двухэтажный.

Десятого мая 1820 года сибирский генерал-губернатор Михаил Сперанский обратился в городскую думу с требованием отвести иркутскому коменданту полковнику Цейдлеру новый дом взамен старого, обветшавшего. А 11 мая городской голова Сибиряков доложил, что им «при бывших в биржевом зале торгах куплен в ведение думы по выгодности местоположения и цены продаваемый умершего должника Петра Солдатова каменный дом при хлебном рынке, состоящий в приходе Тихвинской церкви, и за который по торгам последняя выдана цена 2750 рублей».

Выполняя распоряжение Сперанского, дума решила «главный корпус отстроить хозяйственным распоряжением, а нижний — для помещения гауптвахты и ордонанс-гауза».

Летом того же года подготовка помещений для коменданта, гауптвахты и ордонанс-гауза (комендантского управления) была завершена. На покупку, ремонт дома и приспособление его под воинские помещения было израсходовано 13 тысяч рублей из городовых сборов.

Но пожить в нем иркутскому коменданту не удалось. В связи с приездом в город нового генерал-губернатора Восточной Сибири 16 июня 1822 года иркутский гражданский губернатор (правитель) сделал такое распоряжение: «…Не находя удобные для того другие дома, кроме назначенного для жительства здешнего коменданта, я предписываю городской думе распорядиться окончанием производимых исправлений в сем доме в нынешнем же месяце». И прибывший 10 августа генерал-губернатор Александр Лавинский стал первым жильцом обновленного строения.

Резиденция генерал-губернаторов 

В 1822 году дума все еще занималась исправлением помещения, но уже для нового руководителя региона. Затраченные суммы были немалыми, поэтому можно утверждать, что и перестройки были существенные. Скорее всего, в 1820—1822 годы дом стал двухэтажным не только со двора, но и с главного фасада, выходящего на Заморскую.

— Планов внутренних помещений той поры нет, но есть подробное описание всех комнат, в котором указано количество окон и дверей, рам, печей, — говорит историк. — На втором этаже размещались кабинет, буфет, гостиная, «диван», спальня, гардероб. Отмечаются и детали. Например, на расписанном потолке буфета красовались «две люстры с бронзами». Эта же комната имела «балкон на столбах, крашеный белой краской, с капителями и деревянными решетками». В диванной комнате пол был обтянут зеленым сукном, а потолок расписан. Над задним крыльцом находилась галерея с перилами.

Летом 1827 года на аудиенции у Лавинского побывал поэт и прозаик Матвей Александров проездом на Камчатку, где служил секретарем «начальника» полуострова. К сожалению, он не оставил описания, отметил только, что обновленное здание купца Солдатова явно украсило площадь. Из его рассказа следует, что на втором этаже располагались покои генерал-губернатора, а на нижнем — канцелярия.

Как резиденция генерал-губернаторов усадьба использовалась в течение 15 лет, в качестве хозяев там жили Лавинский, Сулима, Броневский. В это же время здесь как гости бывали и декабристы.

— Здание не принадлежало государству и, вероятно, не отвечало требованиям такой статусной персоны, как генерал-губернатор Восточной Сибири, — считает историк. — Поэтому в 1837 году казной был приобретен величавый дворец купца Сибирякова.

После этого дума сдала двухэтажный дом в аренду казенной палате, а одноэтажный — военному ведомству.

Пожары и перестройки

28 декабря 1849 года в двухэтажном здании случился пожар — оно полностью сгорело, остались только каменные стены. После этого его отремонтировали, изменив внешний облик.

— Можно утверждать, что и внутренняя планировка уже не повторяла прежнюю, — считает Алексей Гаращенко.

В плане Иркутска, составленном в 1868 году, на месте нынешней городской думы указаны штаб войск Восточно-Сибирского военного округа и его топографический отдел. Но уже в 1876 году в особняк впервые въехали городская дума, управа и сиротский суд.

Случившийся в 1879 году сильнейший пожар не пощадил и здание думы. После этого правое одноэтажное здание было сломано. Ремонтировать особняк начали в 1880-м. Первоначально планировалось построить его с исправлением уцелевшей части стен и возведением каменных кладовых и помещения для резерва пожарного обоза. Но городской архитектор Кудельский не составил смету на предполагаемые работы, поэтому дом только побелили, на это было израсходовано 1938 пудов извести, сделали новую железную крышу и произвели отделку.

— Несмотря на отсутствие плана и смет, для строительных работ был заготовлен кирпич (приобрели оставшийся от возведения кафедрального собора). Сложили кирпич на Тихвинской площади, но выяснилось, что он не годен для жилого здания, — продолжает историк. — Пришлось подыскивать ему другое применение.

В 1881 году городская дума на заседании решила произвести достройку второй половины дома до угла Дегтеревской улицы (ныне Российской) по проекту и смете городского архитектора Гофмана. В 1882-м работа началась. Но думцы при рассмотрении расходов на год вопрос о продолжении постройки отложили из-за необходимости возведения помещения для Первой пожарной части и полицейского управления.

Вновь к вопросу о расширении своего здания гласные (из гласных формировали городскую управу) вернулись 19 декабря 1890 года. В доме, где размещались органы городского самоуправления, находились еще сиротский и словесный суды, а также мещанская управа. И, конечно же, всем вместе им было тесно. Суд обратился с ходатайством к иркутскому губернатору о принятии мер к устранению тесноты помещения суда. На заседании думы городской архитектор Рассушин представил выполненный им эскиз продолжения постройки здания, после чего ему было поручено представить всю необходимую для этого документацию: проект, планы, фасад и смету.

Рассушин быстро выполнил поручение, и уже на заседании 28 февраля 1891 года проект пристройки был единодушно одобрен. Интересно, что на башне будущего здания предполагалось установить часы. Но в 1891 году к строительству так и не приступили.

Зал для заседаний думы 

К этому вопросу городские власти вернулись в 1892 году. Первого мая строительное отделение при Иркутском губернском совете утвердило проект Рассушина. Он предполагал увеличение здания в разных частях на 30 кв. саженей, не считая зала для заседаний. Но гласные посчитали, что предполагаемый пристрой будет недостаточен для нужд размещавшихся в здании организаций. Комиссия думы, рассматривавшая этот вопрос, в июне 1892 года в своей резолюции отмечала, что «нужно надстроить на северо-западном углу проектируемого здания второй этаж». 26 августа гласные утвердили доклад, план и смету архитектора на сумму 36 428 рублей 69 копеек.

Победителем торгов на достройку стал мещанин Моисей Горбунов, запросивший за все работы, не считая штукатурных, 30 тысяч 800 рублей.

Подрядчик все начал делать вовремя. Уже в конце 1892-го комиссия принимала фундамент и нашла его выполненным хорошо и прочно.

Непосредственное участие в строительстве принимал и автор проекта Владимир Рассушин. По ходу работы ему приходилось вносить уточнения, а также исправлять собственные ошибки. По его вине был допущен перерасход кирпича, и ему пришлось взять расходы на себя.

Шестого июля 1893 года подрядчик сообщил городской управе, что она уже может застраховать новый пристрой. 30 сентября комиссия, наблюдавшая за постройкой, пришла к выводу, что все произведено хорошо и прочно, согласно смете, проекту и контракту.

Кстати, после окончания работ между городской управой и архитектором остались сложные взаимоотношения. А в 1894 году Рассушин уволился с должности главного городского архитектора по собственному желанию.

— В соответствии со строительным уставом того времени все штукатурные работы производились через год после окончания строительства, когда просохнет кирпичная кладка, поэтому открытие помещения откладывалось.

Первое заседание думы в новом зале состоялось только 21 марта 1895 года, — резюмирует Алексей Гаращенко. — Но изменение внешнего облика дома на этом не закончилось.

Летом 1904 года Гаврила Андреев взял подряд на выполнение пристройки каменных ретирад (туалетов) к зданию. Работы вел доверенный подрядчика — итальянский подданный Джованни Батисто Доминикович Чадонио, выполнивший работы добросовестно. Но на следующий год при переустройстве правого крыла все было переделано.

Переделкой занимался иркутский цеховой Иван Зверев. В течение лета 1905 года были разобраны каменные стены и устроен новый выход в подвал, из двери сделано окно, а из окна — дверь. В каменных стенах были прорублены еще две двери, под лестницей сооружен вход в сторожку, сложена русская печь, произведены покраска и побелка, переустановлена и перебрана лестница.

Осенью 1907 года к зданию думы во двор осуществлен одноэтажный пристрой, который предназначался для размещения войск. Летом 1909 года над этим помещением надстроили второй этаж, где разместился зал для публичных заседаний.

После этого дом еще неоднократно ремонтировался. В конце 1911-го, например, первый этаж пристроя, выходившего во двор, приспосабливался под помещение архива. Но кардинально здание изменилось в 1932—1934 годах. Тогда надстроили два этажа по проекту архитектора Казимира Миталя. Два первых этажа первоначально еще сохраняли элементы ордерного декора и полуциркульные окна, но после окончания перестройки фасад был полностью оформлен в духе конструктивизма.

В 1970—1971 годах сделаны пристройки к средней части и южному крылу заднего фасада. Последние изменения произошли в 1986 году — перед празднованием 30-летия Иркутска. Именно тогда фасад стал однообразным и серым — и особняк получил тот вид, который имеет ныне.

Фото из архива музея истории Иркутска

Публикация подготовлена по материалам статьи А.Н. Гаращенко в журнале «Земля Иркутская», 2001 год